Стоунхендж находится в сердце священного ритуального места, окружённого захоронениями доисторической знати. Если принять его за ступицу в колесе, от него как спицы расходятся ряды камней, построенные по ходу движения солнца и луны. Такое расположение может быть результатом скорее долгих наблюдений, чем математического расчёта, как предполагают некоторые.

Умение искать полезные ископаемые с помощью лозы известно в Западной Англии ещё с XV в., когда туда пришли немецкие умельцы на разведку затерянных оловянных копей. Мартин Лютер называл это занятие дьявольским, но оно, конечно, не относится к тёмным искусствам. 8 из 10 людей могут с разной степенью успеха находить минералы; но и с верой это тоже не имеет ничего общего. По-моему, такой поиск завязан на химии тела. Оно служит проводником для некой энергии, заключённой в земле, которую мы не можем измерить научным способом, в поисковые прутья. Это не магнитная энергия, потому что и дерево, и другие материалы реагируют так же активно, как и металлические сварные прутья, которые используют некоторые любители.





Если обходить Стоунхендж вокруг, то когда наступаешь на энергетические линии, многие из которых проходят по открытым местам между камнями, прутья начинают шевелиться. В Бретонском Карнаке, где тоже встречаются длинные ряды камней, они стоят прямо на таких линиях. Очень непохоже, чтобы это было случайно. Базовые камни или отверстия Обри находятся на особых точках, вокруг которых и возводился монумент. Сегодня стало возможно с помощью тех же прутьев распознать ранее неизвестную энергию земли, наличие которой частично объясняет столь неудобное месторасположение Стоунхенджа. Ведь до сих пор исследователи задаются вопросом, зачем строители приносили сарсены за 20 миль, а Голубые камни за 240 миль, причём со своего священного места. Было бы гораздо легче построить кольцо из камней прямо там, где эти камни находились. Так почему они предпочли перевезти их в безводную местность, где сами никогда не селились? Возможно потому, что знали – это место с мощной энергией, силой, магией земли – называйте как хотите. Древние китайцы называли её силой дракона, а энергетические линии (известные сегодня как «следовые линии») – драконьими следами. Согласно одной из легенд, Стоунхендж был священным местом дракона или Божественного Змея.

По странному совпадению (совпадению ли?), он связан также с историей Утера, отца короля Артура. Фортигерн, чьих дворян убил Хенгист, по слухам, был замешан в убийствах короля Константина – отца Утера, и старшего брата Утера – короля Констанса.
Второй сын Константина, Аврелий Амвросий (в честь которого, предположительно, назван Эймсбери), в отместку убил Фортигерна и, по легенде, построил памятник над могилами погубленных бретонцев. Этим памятником и был Стоунхендж. Третьим сыном Константина был Утер, который взял себе второе имя «Пендрагон», или «голова дракона».

Ещё до появления Стоунхенджа, в доисторические времена, китайцы практиковали акупунктуру. Она предполагает наличие во всём сущем положительной и отрицательной энергий, которые передвигаются по особым каналам – меридианам.
Согласно такой философии, следовые линии можно сравнить с венами под кожей матери-земли; существует учение, утверждающее, что каменные столбы – это акупунктурные иглы, пронизывающие энергетические центры земли, благодаря чему энергия скапливается в таких «местах силы».
Стоунхендж как зеркало отражает верования, мечты и ожидания тех, кто приезжает издалека на суровую, открытую всем ветрам равнину в Уилтшире. Это доказательство человеческого мастерства и духовных стремлений, бесконечно чудесное место тайн и магии.